В фокусе Диакон Андрей Псарев Московский Патриархат Политика

Наша новая реальность

Византийская политическая философия нуждается в переосмыслении в свете изменившихся социо-политический реалий.

Шестого марта сразу после начала военных действий Российской Федерации против Украины, я сделал личное заявление. В нем я говорил, что дело историка – это «большая картина»; чтобы понять ее нужна основанная на фактах перспектива и что историк не должен поддаваться давлению окружающей среды, требующей немедленного осуждения действий тех или иных общественных и государственных деятелей.

В отношении последнего пункта моя позиция не изменилась. Однако какие-то предварительные заключения о нашей новой реальности у меня есть.

Православие стало восприниматься в качестве, философии противостояния гражданскому обществу, как в России, так и на Украине. Это связано с историческим переплетением Православия и Империи и противоречивыми отношениями между обоими.

Недавнее прошлое показывает, что когда Церковь интегрируется империей в своей аппарат, церкви приходится «платить по счетам империи», когда последняя прекращает свое существование. Поэтому-то сейчас рубеж противостояния заключается в том, чтобы империя не прекратила свое существование, и Россия бы стала самодостаточной цивилизацией в системе морально-нравственных ценностей, которой Православие занимает важное место. То, что большинство граждан Российской Федерации поддерживает внутреннюю и внешнюю политику, проводимую президентом Путиным, служит внушительным фактом для понимания происходящих там процессов.

Коллективистская идеология, проповедуемая сейчас в России, имеет свои сильные стороны – консолидацию общества, укрепление позиций Церкви. Но она имеет и серьезные недостатки – отсутствие диалога и де факто отказ от системы «сдерживания и противовесов», без которой государство может превратиться в тиранию.

Все вселенские соборы имели место в Восточно-римской империи. Весь наш уклад проникнут Византией. Однако мир изменился. И Россия не является здесь исключением. В этих условиях первые три века истории Церкви, когда христиане жили в нехристианском обществе, могли бы служить для нас более перспективным ориентиром для поиска ответа на вызовы современности, чем имперский период истории Церкви.

Мы живем в интересное время. Русская Зарубежная Церковь сейчас оказалось на положении приходов Московского Патриархата в годы холодной войны. (Митрополит Сурожской Антоний никогда не прекращал в Лондоне литургического поминовения московского патриарха.) С другой стороны, в каноническом аспекте Украинская Православная Церковь перешла на положение, в котором находилась Русская Зарубежная Церковь. Коль скоро мы продолжаем именоваться Русской Церковью эта новая реальность может помочь нам более ответственно относиться к происходящему в России: сохраняя с одной стороны духовную связи с Матерью Церковью, а с другой — началу вдумчивого, соборного разговора, внутри РПЦЗ о том времени, в котором, Господь привел нам жить.

2 Коментариев

  • Статья короткая и написана очень осторожно, как бы многие сказали «и нашим, и вашим», но я скорее соглашусь с мнением автора, что любой профессионал «не должен поддаваться давлению окружающей среды», и историк в том числе. Но некоторые моменты в статье я позволю себе прокомментировать (это мое личное мнение, никоим образом не навязываемое другим читателям статьи).

    Цитата – «Православие стало восприниматься в качестве, философии противостояния гражданскому обществу, как в России, так и на Украине. Это связано с историческим переплетением Православия и Империи и противоречивыми отношениями между обоими.»
    Комментарий – на мой субъективный взгляд, причина в другом. В плане гражданских свобод (включая свободу слова) обе воюющие страны (и Россия, и Украина) очень быстро скатились к советским временам. Соответственно, для мыслящей части общества, которая плохо поддаётся пропаганде (потому что имеет собственное мнение) и которая всегда в меньшинстве, уход в православие, даже поверхностное, стал формой протеста, как во времена СССР. Причём этот вариант достаточно мягкий и удобный – по сравнению с политическими активистами, оппонентами и диссидентами, Православная Церковь почти не преследуется (пока, потом ситуация для церкви изменится). Исторический опыт Древней Церкви, как мне кажется, здесь не при чём.

    Цитата – «Поэтому-то сейчас рубеж противостояния заключается в том, чтобы империя не прекратила свое существование, и Россия бы стала самодостаточной цивилизацией в системе морально-нравственных ценностей, в которой Православие занимает важное место.»
    Комментарий – за это можно не волноваться, по всем церковным предсказаниям (и русским, и греческим) Россия всё время будет самостоятельной независимой страной, хотя её границы и размер будет существенно меняться. А вот Православие, к сожалению, не всё время будет занимать важное место – повторный приход к власти коммунистов и гонения на церковь в масштабах и стиле сталинских репрессий предсказывали многие православные старцы (см., например, Иеромонах Трифон. Чудеса последнего времени).

    Цитата – «То, что большинство граждан Российской Федерации поддерживает внутреннюю и внешнюю политику, проводимую президентом Путиным, служит внушительным фактом для понимания происходящих там процессов.»
    Комментарий – это не означает, что граждане правы. Во времена Римской Империи большинство её граждан поддерживали преследование христиан (см., например, свидетельство Тертуллиана). Впрочем, это не означает и обратного. Только со временем станет видна вся картина целиком (как сейчас события достаточно давнего прошлого, например, Первой Мировой Войны).

    Цитата – «Однако мир изменился. … В этих условиях первые три века истории Церкви, когда христиане жили в нехристианском обществе, могли бы служить для нас более перспективным ориентиром для поиска ответа на вызовы современности, чем имперский период истории Церкви.»
    Комментарий – не могу с этим согласиться. Пост-христианский мир (это термин, введённый в научный оборот на Западе для описания современного западного общества – я его использую здесь) всё-таки не то же самое, что дохристианский мир. Даже после официального принятия христианства в Европе в I тысячелетии старая языческая религия и мировоззрение многие столетия охватывали значительные массы населения. То же верно и в обратном направлении – мышление, мировоззрение и мораль у большинства населения на Западе остаются вполне христианскими (я был в 6-ти западных странах, это мои собственные наблюдения).

    Цитата – «Русская Зарубежная Церковь сейчас оказалась на положении приходов Московского Патриархата в годы холодной войны. (Митрополит Сурожской Антоний никогда не прекращал в Лондоне литургического поминовения московского патриарха.) С другой стороны, в каноническом аспекте Украинская Православная Церковь перешла на положение, в котором находилась Русская Зарубежная Церковь.»
    Комментарий – относительно нынешнего положения РПЦЗ всё верно отмечено. Относительно УПЦ – не совсем так. Патриарх Тихон (1865-1925) издал указ № 362 от 20 ноября 1920 г., и последующие распоряжения, дававшие легитимную основу существования РПЦЗ (см., например, статью https://pstgu.ru/actual/novomucheniki/rasporyazheniya-patriarkha-tikhona-otnositelno-russkoy-zarubezhnoy-tserkvi/). Патриарх Кирилл никаких полномочий УПЦ не передавал в 2022 г. УПЦ перешла в своё нынешнее положение самостоятельно (можно сказать – самостийно).

  • Дорогой Алексей, спасибо, что читаете, комментируете. Указ ном. 362 от 7/20 ноя. 1920 г. только спустя год был признан, как могущий относиться и к РПЦЗ. См. например: https://www.rocorstudies.org/ru/2020/05/09/istoricheskij-kontekst-prinyatiya-ukaza-patriarha-tihona-ob-uprazdnenii-vysshego-tserkovnogo-upravleniya-zagranitsej-ot-5-maya-1922-goda/

Leave a Reply to Alexey X

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.