Джорданвилль Интервью Протоиерей Алексей Охотин Статьи

Хочу в Джорданвилл и все…

Благочинный первого благочинеческого округа Восточно-Американской епархии, настоятель Благовещенского храма во Флашинге, духовник НОРРа митрофорный протоиерей отец Алексей Охотин был воспитан на примерах самоотверженности таких архипастырей, как архиепископы Виталий (Максименко) и Никон (Рклицкий). Служа пастве Русской Зарубежной Церкви, о. Алексей разделял ее повседневные тяготы – он не гнушался никаких работ ради того чтобы прокормить свою семью. Об этом пути говорится в предлагаемом Вашему вниманию интервью. 18 января 2013 г. о. Алексей отошел в вечную жизнь от своих трудов. Вечная память!

Когда Вы в первый раз приехали в Джорданвилл?

Я приехал сперва на “горку” на Владимирский праздник. Это было в 1951 году, когда мне было 18 лет и оттуда я поехал в Джорданвилл с о. Киприаном и о.Аверкием и вообщем хотел пойти по духовной линии, в Джорданвилле мне очень понравилось и дома у нас была распря.

Тогда было две юрисдикции, наша и Американская митрополия. Муж моей старшей сестры был преподавателем в Свято-Тихоновской семинарии в Пенсильнвании и он там преподавал и был видным лицом (В.А. Маевский). Он говорит мне : “Алеша, приезжай сюда. “ А в Джорданвилле север, холод, буря. И там был один монах (впоследствии Архиепископ Алипий), который сильно кашлял и они решили, что это туберкулез. И говорят “и ты заболеешь, и тут есть нечего”. А я хочу сюда, и все.

А почему Вы так почувствовали?

Да. Я просто так почувствовал. И вот мы поехали с о. Киприаном и о.Аверкием на пару дней на службу в субботу вечером. Вот вижу молодого монаха, уже в мантии. Я ему раскланялся и вот вижу еще двое заходят, тоже в мантии и тоже молодые. Так собралось человек 40. И вот идет очень торжественная служба.

В какое время это было?

Это было летом, после 28 июля.  Я тогда еще учился в хайскул. А там (в Свято-Тихоновской) выходит из кухни монах и стоит курит и говорит, что сегодня будут котлеты. А в храме людей было мало. Вообщем «не моя чашка чая». Приехал домой и сказал, что еду туда, в Джорданвилл. И все.

Приехал я туда в 1953 году, под Покрова, когда начинался учебный год. В том году как раз был Архиерейский Собор. Все архиереи собрались сюда, посмотреть, как был устроен монастырь.  О.Пантелиимон уже в 1950х годах там работал, а о.Иосиф был регентом. Потом кончилась война и братия Почаевская переехала в  Джорданвилл. О.Пантелиимону очень повезло, потому что прибыла сила рабочая.

Когда Вы приехали из Европы?

В 1949 году на Покрова выехали из Бремена. Пароходом тогда еще возили беженцев. Выехали 14 и приехали 25 октября. Слава Богу благополучно, потому что шел ураган. Приехали в Коннектикут. Нас было 8 человек: отец, мать, две сестры и трое маленьких племянников. Прожили там до  1950-го года. Протом переехали в Си-Клиф и там жили.

Вы были самый младший?

Да. Я был самый младший и когда я закончил хайскул, я поехал в Джорданвилл, где был собор. Я там познакомился с местными архиереями. Владыку Анастасия я видел еще в Югославии.

Как Вы помните Владыку Аверкия и Владыку Анастасия?

Владыку Анастасия я видел в Югославии, а потом в Америке в Синоде. Очень слабенький, немощный, худенький человек, но голова прекрасно работала.

Когда он служил тоже было такое впечатление?

Да. Его подносили иподъяконы. Он говорит им проходить, а они его приподнимают.

И так было все 1950е годы?

Он приехал в конце 1940х и был всегда в синоде. А потом, когда я окончил симинарию, в 1958 году, я вернулся домой, начал работать чертежником. Познакомился с женой на свадьбе одноклассника о.Бориса Киценко. В 1960-м году меня рукоположили в диаконы. То есть в июне я женился и скоро посвятили в дьякона, где я служил у о.Митрофана (Зноско-Боровский) в городе Си-Клиф. Это (свадьба) была 31 июля. Через неделю меня вызывает митрополит Анастасий и говорит: “Ну погулял, а теперь – рукополагаться”

Я говорю: “Только неделя, как я женат!”

А он отвечает – “А сколько надо?”

В конце сентября мне звонит протоиерей Георгий (Граббе) и говорит, что владыка митрополит просил передать, что в это воскресенье вас рукопологают в священника и направляют настоятелем в Никольский храм в Покипси. Я явился и сам владыка митрополит меня рукополагал.

Проявлял ли он к Вам внимание, как к своему ставленнику?

Он приезжал и спрашивал, как церковная жизнь, как условия, как отношения с прихожанами. Спрашивал как вы служите, говорил, “Господь благословит. Дерзайте!” Он был очень занят и не мог уделить много времени, но он сразу поставил меня настоятелем, когда всегда новых священников ставили вторым или третьим первые несколько лет.

А Вы быстро освоили священнослужение?

Да. Довольно быстро. Хотя у меня была трудная жизнь. Потому что даже в Покипси мне пришлось идти на работу. Меня устроил один человек на работу в IBM, но он же был причиной моего прошения уйти из этого прихода. Дело в том, что он был масон и начал меня привлекать к себе и говорил, что мне надо быть с ними, иначе могу потерять дом, работу и т. д. В тот же вечер я позвонил Владыке Никону, который был у нас викарием. Он сказал, что открывается место в Джексон Хайтс в Нью-Йорке (приход, который сейчас уже закрыт) и я вас туда перевожу. Это был приход интелигенции. Там был командир собственного Его Императорского Величества конвоя, самая ближайшая стража государя. Там были графы, князья, генералы. Это было мне по душе и я им по душе пришелся. И так я прожил девять лет. Когда я уходил уже осталось шесть человек.

А как назывался приход в Джексон Хайтс?

Приход Св. Александра Невского.

Кто из архиереев произвел на вас большое и хорошее впечатление?

На меня лучшее впечатление произвел Владыка Виталий (Максименко), который был монах, как говорится, до мозга костей. Когда я приехал в Джорданвилл в 1953 году, поспела капуста, и там ходит Владыка Виталий и ее собирает. А я его спрашиваю, “вы же архиерей?”  А он говорит, что монах должен работать. Строгий был. Очень строгий. Отменил первый семестр, чтобы достроить новый вход в храм. И вот я встречаю Владыку Виталия и он мне говорит, помни, “Алеша, ты пошел в семинарию. Пока ты в монастыре – ты монах.” И мне дали подрясник, пояс, скуфейку и четки. Ничего не сказали но благословили, “вот будешь носить!”. Сказали, “когда окончишь семинарию, ты сделаешь выбор, останешься с нами или уйдешь в мир. Но до тех пор, пока ты в монастыре, ты монах и послушание выше всего”. И это мне впало в память и он мне дал несколько примеров. А я потом стал поваром, через несколько лет.

А как часто Вы были поваром?

Каждый день, кроме субботы и воскресенья, а до этого мое послушание было в коровнике. Я учился, а потом на послушание. В то время, когда я был поваром, а Владыка Виталий уже был болен и лежал в своей келье, я предлагал принести ему поесть, но он отказывался и говорил, что сойдет в трапезную. У него в келье был только кувшин с водой, стакан и пилюли. У него были летняя ряса и подрясник и зимняя ряса и подрясник и все, и конечно уголок с иконами. Но не было ни телевизора, ни дивана, ни кресла, вообщем ничего. И таким он был всю жизнь. Строгий был, ходил по кельям, проверять, если монах работает. Если лежит, то посохом по спине и говорил, “вставай монах, иди работай!” И я должен сказать, что я его любил и я его боялся. Все его боялись и все его любили. Но вскоре он заболел, переехал в Бронкс, где и скончался. После него на его место стал Владыка Аверкий. Еще в 1953 году его рукоположили в архиереи и он был помошником Владыки Виталия. Потом его сделали Свято-Троицким и Сиракузским. Он был очень интеллигентный. Это был монах общественный, городской. Он мне преподавал гомилетику и говорил, брат Алексей, ты должен запомнить, что идеальная проповедь должна длиться не меньше 5 и не больше 7 минут, а сам говорил по полчаса, если не больше. Он говорил очень хорошие проповеди, руководство апостолов, евангелие. Он хорошо говорил, хорошо писал. Так же приезжал ко мне в Никольский храм на престольный праздник. В синоде я работал в 1962-63 году. Переписывал газеты, получал небольшое жалование. И я был шофером Владыки Анастасия. Когда меня вызовут, я приезжал на огромном кадилаке.  И так я работал до тех пор, пока не стал он немощен и перестал служить. Выбран был молодой Владыка Филарет.

А кого Вы помните из преподавателей?

Я помню всех. Помню Владыку Аверкия, кто преподавал Новый Завет и гомилетику. Психологию преподавал Иван Михайлович Андреев. Историю русской церкви преподавал Николай Тальберг. Патрологию, патристику и пасторское богословие архимандрит Константин (Зайцев). Его сложно было понять. Это был духовник многих семинаристов. Он же был редактором Православной Руси. Потом у нас был о.Александр Калесников. Он был из новоприезжих и преподавал церковное право. У него был очень строгая система. Либо ты знаешь, либо ты не знаешь. И потом у меня было пение, которое преподавал о.Иосиф. Это было мое самое любимое дело. А самый любимый предмет был Догматическое богословие. Протопресвитер Михаил Помазанский преподавал догматическое богословие и греческий язык. Он говорил мне, “Алеша, греческий нужно учить 8 лет, пока не выучишь.” И преподавал очень интересно.

А Иван Михайлович?

Очень было приятно с ним. Ох, интересно было с ним. И всякие шутки, всякие случаи по психологии объяснял. Рассказывал про всякие заболевания. Рассказывал, что есть идиоты, дегенераты. Интересно было с ним. Он так же преподавал литературу.

А Николай Дмитриевич Тальберг?

Он как преподавал. Очень интересно слушать и заслушиваться.

А кого больше всего любили студенты?

Николая Дмитриевича и Ивана Михайловича. Но больше всего Николая Дмитриевича. Когда я поступил, нас было трое. Я, Ваня Левинский и серб. Серб удрал через неделю. Ваню забрали через год родители. Я остался один, поэтому не могу сказать, как другие. Многие ушли от о.Константина (Зайцева), потому что он был очень жесткий. А мой духовник был о.Киприан. Он был душевный человек (рубаха парень). У него была очень узенькая келья. Был приятный, забавный человек, очень вспыльчивый, но мог и прощения попросить.

Кого Вы помните из архиереев или батюшек? О ком бы Вы хотели рассказать?

Помню многих. Помню о.Михаила Помазанского. Как-то я приехал в Джорданвилл уже много лет спустя после окончания семинарии у меня порвался крест, я пошел к о.Киприану и говорю, о.Киприан, у меня порвался крест, можно одолжить у вас. Он говорит, “ну пойдем.”  Достает крест о.Михаила Помазанского, а я прошу, можно ли мне его оставить. Он был так же одним из моих любимых преподавателей.

У меня было мало контактов и общения, потому что я был рабочий священник. Работал пять дней в неделю, а в субботу, воскресенье – всенощная и литургия, и опять обратно на работу.

Был случай раза два три, когда я поехал на съезд на один день. Это все, что я мог себе позволить. С работы не отпускали. Другие батюшки делали иначе. Матушки брались за работу, а сами занимались церковной жизнью. Но я жалел матушку и сам будучи на работе знал все шуточки и взаимоотношения и прения на работе и не хотел ее этому подвергнуть. И владыка меня благословил работать и по этому времени, к сожалению у меня было мало.

Как быть священником и работать в миру?

Применяя икономию (имеется в виду рассудительность – ред.) Я был таксистом. Один раз в такси запахло паленым сеном. Когда они вышли, я понял, что они курили марихуану. Один раз нужно было везти одного пьяного, а я отказать ему не имею права. Я взял его и отвез. Был случай ко мне прыгнул парень рядом, а не назад. И я молюсь и понимаю , что-то не то. Потом говорит, остановить. Бросил деньги и убежал. Видно увидел полицию. А я молюсь и вот меня Николай Угодник спас.

Был я таксистом, устанавливал противопожарные системы, помогал строить Lunar explorer module, за который мне дали награду. Надо было приноравливаться к работе по праздникам. В таких случаях я только служил всенощную, если не мог отпроситься. Поэтому я служил вечером, а утром шел на работу. Приходилось и такое применять. Надо было примириться к обстоятельствам.

Как вы помните о. Георгия Граббе?

Воспитанный, очень выдержанный. Воспитание, старого времени. Можно было сказать ему грубость, а тот совершенно спокойно на это реагирует. Ни одного раза он не повышал голоса. Но если кто-то ему наступит на мозоль…

А как вы помните Владыку Никона?

“Дед мороз” — белая борода, розовое лицо. Очень любил детей. Милый, приятный человек. Он издавал епархиальный вестник. Как батюшку я его не помню. Но был он выдержанный и спокойный. Большинство архиереев были такие.

Помню Владыку Антония Сан-Францисского. В кадетском корпусе мой зять и Владыка Антоний были вместе. А когда мой зять был убит партизанами в Югославии, Владыка Антоний поехал к нему на могилку.

Помню Владыку Ионна Шанхайского. Когда меня рукоположил Владыка Анастасий, он говорил, о.Алексей, приезжай ко мне во Францию. Приятный очень  обоятельный человек. Ходил на босу ногу или в сандалях. У него были растрепанные волосы. Совсем не похож на архиерея.

Когда выбирали нового митрополита, я работал в Синоде. Как раз за две недели меня просил составить указ Владыка Савва о рукоположении в епископа Владыки Филарета. Помню моего духовника о.Адриана и арх. Андрея Рахманского. И образованные, воспитанные все архииереи были ангелы Церкви, князья церкви. Они заботились  о своей церкви, помогали священникам. Причащали и, когда нужно, наставляли. Это была их забота.

Беседовал диакон Андрей Псарев. Расшифровка чт. Артемий Сыс

  • Восточно-Американская епархия Русской Православной Церкви Заграницей

5 Коментариев

  • Спасибо! Замечательный интервью!! Очень понравилось: А почему Вы так почувствовали? Да, я просто так почувствовал. :) Вечная память о. Алексею.

  • Вечная память! Уходит целая эпоха, хорошо, что Вы это делаете, ведь еще немного и все! Прервется память.
    Спасибо!

  • Спасибо! Действительно, как можно объяснить, почему ты так почувствовал.

  • Хорошее интервью, но, пожалуйста, исправьте русский язык и грамматические ошибки

  • Оль, спасибо большое! Пришлите пожалуйста список?

Leave a Reply to editor X

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.