Интервью Миряне Московский Патриархат

Митрополит Антоний Сурожский: Русская Зарубежная Церковь Богу мила

Митрополит Антоний Сурожский: Русская Зарубежная Церковь Богу мила

Алена Кожевникова родилась в Сербии, затем была Германия – лагерь для перемещенных лиц Шляхсгайм и Австралия, Мельбурн. Алена получила работу на радио Свобода и Свободная Европа и переехала в Мюнхен, где она была редактором религиозной программы. Переехав в Лондон в 1978 году Алена стала также вести религиозную программу БиБиСи и в этом качестве она была известна многим и многим соотечественникам на родине в 1970-ые и 1980-ые годы. В своей беседе она делится воспоминаниями об одном из самых известных архиреев Московского Патриархата в 20-ом веке – митрополите Антонии Сурожском (+ 2003 г.).

Алена, вот Вы по работе были назначены в Лондон и там стали ходить в наш зарубежный приход, работая в бюро Радио Свобода и потом стали записывать Владыку Антония, что было очень не обычно в то время. Человек, выросший в эмигрантской среде, из старой эмиграции,  зарубежник, а тут священник советской Церкви, митрополит, вернее, и вот Вы его открываете для себя, в нем видите то, кем он был – этот образ Христов. Это очень необычно. Ваша история она ломает все эти шаблоны, как говорят.
С митрополитом Антонием я встретилась в 1978 году, когда приехала работать в Англию на радио и в, частности, в Кестон Колледж. Это такой был институт, созданный англиканским священником Майклом Бурдо, который изучал положение верующих в коммунистических странах в частности в тогдашнем Советском Союзе. Я родилась и выросла в Русской Зарубежной Церкви и пошла в Зарубежную Церковь в Лондоне, разумеется. Но как раз буквально пару недель после того, как я приехала, скоропостижно скончалась мать епископа Василия Родзянко, тогда он был о. Владимир, и нужен был кто-то, кто был бы ведущим и со-автором религиозной программы Би-Би-Си. А я уже до того работала для религиозной программы радио Свобода и мне предложили. Это означало, что мне надо было познакомиться с митр. Антонием, который в эту свою еженедельную программу давал беседы. Фактически беседы с этого и начинались. И поэтому я впервые в жизни попала в церковь Московской Патриархии.
Вы знаете, даже одной встречи хватило бы на всю жизнь – он был «столп и утверждение истины». Он каждого человека встречал, вот как говорят, что святой Серафим Саровский, каждого человека встречал словами, «здравствуй моя радость!» Владыка не говорил именно эти слова, но он каждого человека встречал действительно с радостью. Я никого такого никогда в жизни не встречала в своей жизни ни до того, ни с тех пор. Он действительно был как луч света, и каждый от него уходил просветленным, я бы сказала. Для меня сперва я думала была проблема там Зарубежная Церковь – тут Московская Патриархия, но как раз в это время в Зарубежной Церкви возникли проблемы, потому что на помещение, которым они пользовались, окончилась аренда. Церковь не могла там продолжать служить, а в новой церкви в Чизике, только, по-моему, еще купили кусок земли и вообще никаких работ не было. Я всю жизнь ходила в церковь. Жизнь – не жизнь без церкви. Я конечно стала ходить в собор, где служил митрополит Антоний, ведь у нас канонических различий абсолютно нет. Поэтому главное – Богу молиться побольше и меньше думать о человеческих распрях и каких-то проходящих политических моментах. Владыка создал уникальный приход. Я думаю такого просто не было. Я вот не помню за все эти 15 лет, что меня откомандировали работать в Россию, там не было никаких склок.  Это очень трудно представить, но их реально не было. Просто владыка не разрешал и такие ситуации не возникали. Есть такая довольно таки хамская пословица, «Каков поп – таков приход». В данной ситуации мне кажется, что мы все как-то хотели стремиться быть таким как он – если могли. Его взгляды были очень широкими. Он например очень хорошо даже относился к Русской Зарубежной Церкви. Про Джорданвилл он говорил, что издательская программа Джорданвилла, которая была не в сравнении с тем что выпускала Московская Патриархия, «хотя бы из-за этой издательской программы Зарубежная Церковь Богу мила». Потому что делает такое огромное дело.  Кестон, как я сказала, где я работала, следил за положением во всех коммунистических странах, но я, как русская и православная, следила за положением в тогдашнем советском союзе. И по правде сказать по скольку я православная меня участь Православной Церкви интересовала больше. И мы решили, тогда еще было очень много узников совести, решили отслужить молебен. Я не помню какой это был день, но вообщем подобрали какой-то подходящий – либо новомучеников, либо… боюсь соврать. Вообщем попросил Владыку Антония чтобы он отслужил этот молебен. Тогда еще в заключении находился, например, отец Дмитрий Дудко и довольно много православных и других, которые вообщем-то попали в ситуацию… за веру вообщем. И Владыка отслужил этот молебен. Мы ему составили список узников. Он их всех помянул. Мне говорили, не знаю на сколько это правда, насколько это чьи-то измышления, что у него потом были большие неприятности с Московской Патриархией потому что разумеется, что об этом молебне писали в газетах.  Владыка сказал как всегда очень проникновенное слово. Вот и у него было какого-то, по крайней мере я никогда не видела чтобы к Зарубежной Церкви у него было какое-то негативное отношение.
Предубеждение?

Предубеждение. Но он вообщем был из первой эмиграции. Поэтому несколько иные понятия были у людей того поколения. В конце концов в этом году будет сто лет со дня его рождения.

Он на соборе вместе с Владыкой Василием Брюссельским, на соборе 1970-го года выступил против жестких санкций против Зарубежной Церкви. «Потому что у нас церкви находятся в соседних кварталах. И это только усугубит ситуацию если будет анафема Зарубежной Церкви или какая-то мера». Так что они этому противились – наши эмигранты, которые были в Московском Патриархате.

Он очень мало придавал значения. Он зачастую писал, я уверена, что многие кто слушают уже в курсе, Владыка свою позицию объяснял, что Русская Православная Церковь в бедственном положении. Все-таки это была гонимая Церковь. Мы не смотрим на официоз, Всемирный Совет Церкви, итд, итд. Это понятно почему делалось. Он говорил, что разве можно бросить свою мать. Даже если она опустилась, даже если она в канаве валяется. Она именно тогда нуждается больше всего в твоей поддержке и любви чем если у нее все в порядке и все хорошо. Это была очень твердая позиция. Хоть многие ее оспаривали. Он этого придерживался и без всякого, но это у него не вызывало враждебного отношения к Русской Зарубежной Церкви. Я в течение двадцати пяти лет, что я его знала и часто с ним общалась. Я от него ничего отрицательного о Зарубежной Церкви не слышала.

А тоже о Владыке упоминается, что он был монархист по своим взглядам.

Да. Это совершенно верно. Мы об этом говорили потому что мои дедушка и бабушка, разумеется, был монархисты, а я нет. Что-то мы с Владыкой говорили. Я ему одолжила кстати, что-то. Православный путь, который издавался в Джорданилле. Мне митрополит Лавр, который помогал с литературой, которую у меня была возможность тогда пересылать в Россию. Были дубликаты вот этих ежегодных уже переплетенных изданий. И я Владыке одолжила дневники, там в нескольких номерах, и дневники Государя уже в заточении, там императрицы. И он мне сказал, «а ты их внимательно читала?» Ну, вообщем, я не могу сказать, что я внимательно читала до того. Вот ты думаешь, что все это политика. Можно было так, можно было этак. А ты прочитай! И ты поймешь, что это действительно правильно, что его и императрицу причислили к лику святых. Потому что какие бы не были слабости человеческие, то глубокое просвещение, которое выявляется в этих дневниках и переписках. Он [митр. Антоний] говорит, «Да, я монрахист и всегда им буду».

Он почитал Государя?

Абослютно.  “Ты сядь и более внимательно прочитай, не с критической точки зрения, там политики или исторических событий, а посмотри на это как проявление души человека.”

MABlum Надпись на книге А. Шумкиной, Московская Русь: Пособие по истории Русской Культуры, Париж, 1974 г. Его Высокопреосвященству, Высокопреосвященнейшему Филарету, первоиерарху Русской Зарубежной Церкви, в знак благодарности за привет, переданный через о. Владимира Родзянко и выраженную надежду, встретиться на у престола Господня. Митрополит Сурожский Антоний. Лондон 3. iv (sic) / 21 (iv), 1975. В сообщении митр. Филарета Архиерейскому Собора РПЦЗ от 30 сен. 1976 г. , он сообщает о получении этой книги и говорит что согласно прот. В. Родзянко митр. Антоний подумывал о переходе в РПЦЗ


Надпись на книге А. Шумкиной, Московская Русь: Пособие по истории Русской Культуры, Париж, 1974 г. Его Высокопреосвященству, Высокопреосвященнейшему Филарету, первоиерарху Русской Зарубежной Церкви, в знак благодарности за привет, переданный через о. Владимира Родзянко и выраженную надежду, встретиться на у престола Господня. Митрополит Сурожский Антоний. Лондон 3. iv (sic) / 21 (iv), 1975. В сообщении митр. Филарета Архиерейскому Собора РПЦЗ от 30 сен. 1976 г. , он сообщает о получении этой книги и говорит что согласно прот. В. Родзянко митр. Антоний подумывал о переходе в РПЦЗ

Вот в Русской Зарубежной Церкви был свят. Иоанн Шанхайский из первой эмиграции и был другой святой, можно сказать, из первой эмиграции, который был в Московском Патриархате. И оба они сходятся в том, что они служили своим людям, себя как бы посвятили. Вы упоминали, что Владыка Антоний буквально полностью исполнял обед нестяжательности – у него ничего не было.

бсолютно! Он говорил, «я монах». Я знаю просто от своего мужа, который вел религиозную программу. Иногда он записывал Владыкины беседы, что у Владыки за алтарем была своя келья. Там стояла полукровать – полу раскладушка и пара домашних туфель и все, а под церковью, в Лондоне же очень много рек и ручьев, которые загнали под землю. И вот как раз там стояла такая помпа. «Бу-бум, бу-бум, бу-бум» И вот я Владыку спросила, «Владыка нельзя ли вам что-нибудь получше, вот Коля говорит…» «О чем ты говоришь? Ведь я монах? Я отказался от имущества,  у меня есть все что мне надо». И действительно это все, что ему было надо. Он был действительно монах. И я помню я только приехала еще в Англию. Очень не долго там была и приехала на службу. И Владыка что-то мы с ним говорили сказал, «Представляешь!? Я сейчас такой богач». «А что?» «Мне сейчас стали платить английскую пенсию». А английские пенсии для священников –  в одно руке пенсия, а в другой руке лупа. «Представляешь!? Я стал богачем». Но я знаю, что он эту всю свою пенсию, я об этом узнала совершенно, случайно, он сам об этом никогда не говорил, он ее отдавал нуждающимся семьям, которые были в приходе. «Я такой богач сейчас! Мне пенсию стали платить!» И у него действительно была эта келья, я много раз приходила записывать программу, и заставала Владыку на том, что он убирал в церкви, на коленях там соскребал воск. Я его спросила, а может сестричество может этим заняться? Он сказал, «Ничего! Это мой долг. Я здесь живу и мне надо следить за порядком». Покажите мне еще одного митрополита, который будет на коленях соскребать воск с церковного пола. Не верю, что такие есть!

Я думаю, что наш Владыка Иларион мог бы.

Может быть, да! Но нет необходимости. И слава Богу! Он искренне удивился. Ведь это мой дом – мне надо следить за порядком. У него абсолютно не было желания или даже стремления к какой-то роскоши. Ну не было! «Став монахом я от всего этого мирского отказался, его у меня нет и не хочу!

Т.е. он как-то раскрывал Христа? Т.е. некоторые говорят, что был определённый культ митрополита Антония вокруг него. Как можно это прокомментировать?

Я уверена, что Владыка всеми путями пытался это приостановить. Я вот читала, что в свое время тоже самое было вокруг св. прав. Иоанна Кронштадтского. И о. Иоанн очень жестко подавлял все попытки. И я уверна, что Владыка пришел бы от этого в ужас. Просто. Я помню я видела какую-то программу. Я была еще в Москве, что-то показывали про Лондон и Владыка скончался. Я помню я, однажды спросила, потому что очень многие говорили, «Хочу чтобы меня похоронили в русской земле…» Я Владыку спросила, «А как?» Он мне сказал, «Ты знаешь… Мне абсолютно все равно, потому что это тело мне будет больше не нужно, что с ним сделают мне абсолютно все равно; Только упаси Господь чтобы мне какое-то [огромное] надгробие. Что боятся, что я из могилы вылезу что-ли? И вдруг я вижу программу и с ужасом слышу, что какой-то новоприехавший сюда говорит, «Что это? Разве это можно назвать могилой митрополита? Какая-то земля, цветочки, какая-то ограда небольшая? Надо па-мят-ник поставить!» Я вспомнила, Владыка говорил, «Боятся что я из могилы вылезу что-ли?» Ну слава Богу эти, какие-то грандиозные планы не состоялись! Там цветы всегда и вот идешь, как раз в конце длинной алеи центральной и вот идешь кладбище очень старое, старые памятники, могилы и вдруг видишь яркое, яркое пятно света. Это значит Владыкина могила, потому что на ней всегда цветы.

Алена! Спасибо за то что Вы так поделились. А вот почему в отношениях с людьми, если можно так сказать, Владыка Антоний, или учил, или научил? Какой урок он давал, своим отношением к людям?

Вы знаете? Он давал каждому человеку почувствовать, что он что-то значит, что-то значит, что он важен, как все мы важны Христу. И он нам напоминал, мы чувствовали, что ты не ничтожество, а имеешь какую-то ценность.

Т.е. у него это не было приемом, менеджера или бизнесмена или кого-то, а он вкладывался в каждого человека?

Да нет – своей радостью от встречи с каждым. Ты сразу как-то распрямлял плечи, а это очень много значит.

Алена, спасибо огромное. Дай Бог вам многая лета, сил и очень рад, что наша беседа состоялась. Надеюсь что она еще продолжитс

я.

Хорошо. Спасибо Вам, отец Андрей!

Беседовал диакон Андрей Псарев

2 Коментариев

  • Hello,

    My name is Victoria and I prepare the materials for the upcoming edition of Sourozh magazine (http://www.sourozh.org/sourozh-magazine/ here you can find some editions).

    I would like to request the permission for the publication of the interview from your website https://www.rocorstudies.org/media/2014/07/28/1821/ for the upcoming edition of Sourozh magazine and the permission to use the photos for it. I would very much appreciate if you could send me these photos to use them at my email: victoriaipad@me.com

    I would also kindly ask you to provide me with Alena Kozhevnikova’s contacts (eg.email) as we are going to translate the interview into English, so that we can get her permission for translation and publication as well.

    Many thanks in advance for your attention to this matter and hope for your positive decision.

    I would greatly appreciate if you could contact me at your earliest convenience.

    Thanks again and my best regards,
    Victoria

  • Hello.
    I would kindly ask you to provide me Alena Kozhevnikova’s contacts (eg.email) as I am going to translate the book into English: http://logoselpidas.com/index.php
    Many thanks in advance for your attention to this matter and hope for your positive decision.
    I would greatly appreciate if you could contact me at your earliest convenience.

    Thanks again and my best regards,
    Konstanitn

Leave a Reply to Konstanitn X

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.