Фонд, у которого есть время для чужих проблем

Насколько мы чада Русской Зарубежной Церкви помогаем друг-другу, своим же братьям, не говоря о тех, кто далеко? Часто мы воспринимаем, что исполнение нашего христианского долга заключается только в том, чтобы молиться, посещать храм, соблюдать посты и приступать к таинствам. Однако помощь ближним это такая же наша обязанность. Господь говорит, что в день страшного суда к нам будет обращен следующий вопрос, «ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня» (Матф., 25:35).

Духовенство Русской Зарубежной Церкви выживает в жестких условиях, которые зачастую вызывают удивление у духовенства приезжающего из России. Поэтому те из нашей Церкви, кто не просто не равнодушны, но стараются помочь изменить сложившееся положение, воспринимающееся некоторыми, как норма, вызывают у меня огромное уважением. К таким людям относится матушка Алена Плавшич, менеджер по развитию Попечительства о Нуждах Русской Зарубежной Церкви.

Алена, что такое Попечительство о нуждах Русской Православной Церкви Заграницей? Чем оно занимается?

Попечительство о нуждах РПЦЗ поддерживает наш сайт
Попечительство о нуждах РПЦЗ поддерживает наш сайт

Попечительский фонд о нуждах РПЦЗ – это самая замечательная организация на свете, по моему личному мнению. Это очень маленькая организация, она была организована, так сказать, grass roots, людьми, которые поняли, что нужно церкви давать организованную помощь. Чтобы не просто так: послали там пять долларов на нуждающееся духовенство, а их пошлют на украшение комнаты где-нибудь, – а чтобы люди могли доверять, чтобы знали, что если они послали денежку, которую они кровью своей и потом заработали, то она пойдет туда, куда нужно.

Это началось 55 лет назад и продолжается до сих пор. Попечительский фонд занимается помощью нуждающемуся духовенству. Потому что в РПЦЗ, насколько мне лично известно, почти 90% духовенства вынуждено работать на двух работах. То есть 24 часа в сутки, семь дней в неделю – приход, и пять дней в неделю или больше – на обычной работе. То есть они с двух сторон сжигают свечку – как по-русски это выражение? Короче, убивают сами себя – медленно. Или быстро. То есть мы помогаем духовенству, молодежи, потому что молодежь – это наше будущее, как сказал митр. Лавр, и если про молодежь забыть, то церкви когда-нибудь, по крайней мере здесь, придет конец: молодежь просто уйдет из церкви. И еще помогаем миссиям Русской Зарубежной Церкви в разных странах мира, например, в Гаити, Уганде, Мексике и т.д.

А чем эта организация отличается от других – это тем, что мы вообще не берем себе денег, мы не снимаем процент какой-то с тех пожертвований, которые мы получаем. То есть если вы послали там десять долларов в Мексику – десять долларов пойдут в Мексику. А работаем и существуем мы на пожертвования сделанные либо конкретно на общий фонд, либо на пожертвования членов Совета директоров.

Понятно. Какие моменты ободряют и вдохновляют на работу? Ради чего стоит жить и работать в этой организации?

Это в первую очередь помощь Церкви. То есть даже когда я какой-то материал пишу и, допустим, прошу: пожалуйста, помогите Попечительству о нуждах РПЦЗ, для меня лично – и я думаю, что и для всех наших членов Совета директоров, – можно поставить знак равенства между помощью Попечительству о нуждах и помощью Зарубежной Церкви.

Регулярная помощь вдохновляет, это как приходишь – и тебе кто-то подарок сделал. Хотя не тебе лично. Но видишь там – PayPal открываешь, а там опять от этого человека. Думаешь – какой же он замечательный! Я только сейчас поняла, что это мне тоже очень нравится в моей работе. Кто-то послал 5 долларов, 2 доллара, 10, 15, 150… а ты регулярно! Просто открываешь, думаешь – какой замечательный человек! (смеется). То есть здесь как бы генератор позитивных эмоций и хороших мыслей о других людях. Приходите к нам работать, но денег у нас нет платить, к сожалению. Всегда, в любой ситуации мы стараемся помочь, даже когда у нас на это нету средств. Не всегда, конечно – если это ситуация, которая не соотвествует нашему… как это по-русски?

Уставу?

Уставу. Если запрос не соответствует уставу нашему, то, конечно, мы не можем, даже если очень хотим помочь. Вот, это единственный случай, когда мы не можем помочь. А радует то, что это – помощь Церкви. Очень радует, когда видишь, что происходят всякие положительные перемены. Это не всегда легко передать тем, кто нас поддерживает, поскольку мы очень маленькая организация, денег у нас немного – там на посещения мест, которые мы поддерживаем. Мы очень редко путешествуем, – но пытаемся получить конкретные отчеты от тех, кого мы поддерживаем в разных странах. Допустим, видишь, что приход растет – вот немножечко помогли, и приход начинает расти, и нам присылают фотографии и рассказывают, что там конкретно происходит – и это очень, очень радует. То есть получается, что люди вот старались, работали, да? – некоторые нам из наших жертвователей посылают вообще последнюю копеечку, не один раз приходили письма, где говорили, что вот вам один доллар,  я больше не могу, я живу за чертой бедности, – и вот они все равно от себя оторвали и послали, потому что это для них церковь. И вот видишь, что они свое последнее отдают, и идет на совершенно замечательную цель.

Понятно. Примеры такие, конечно, поразительны. И такой же параллельный вопрос: а бывает такое, что руки опускаются?

Честно говоря, такого никогда не было, я работаю с 2008 года здесь. Это самая замечательная работа, которая у меня была. У нас совершенно замечательная группа людей в Попечительстве работает. Они все преданы своему делу, даже если они не могут посвятить все свое время этому, потому что они заняты другим. Допустим, о. Виктор Потапов– он священник, т.е. у него первая обязанность – это приход.

Ну бывают, конечно дни когда очень что-то не нравится, но это какие-то чисто внутренние дела, которые не влияют на все целое. Например, когда не можешь добиться отчета от кого-то, кому дали средства. Потому что в нашем деле отчет – это самое главное. Мы просто обязаны людям, которые жертвовали деньги, которые, может быть, им самим нужны, – предоставить отчет о том, как их деньги были потрачены на пользу Церкви. И бывает, что это  почему-то очень сложно понять… Люди очень рады, когда им дают деньги, но они думают, что вот они там напишут, что да, спасибо большое, – и этого будет достаточно. А конкретно объяснить, как у них там жизнь улучшилась или служение прихода, или еще что-нибудь хорошее произошло – это иногда бывает очень сложно. Может быть, потому что иногда некоторые не любят говорить о себе, может быть, потому что некоторые не любят писать – но в общем, вот это самое сложное.

Ну, в принципе я понимаю и ту и другую сторону. Но передать это очень сложно, потому что, естественно, что когда ты жертвуешь на что-то деньги, ты хочешь знать, что они пошли на что-то хорошее. Ты это делаешь, потому что ты любишь церковь, да? Хочешь помочь. А тебе в ответ: ну, да, вы помогли – и ничего больше. В общем, это очень обидно людям, которые дают деньги, жертвуют. А с другой стороны, люди, которые получили деньги, – они действительно очень благодарны, они просто иногда не могут это выразить. Вот и все.

Да, это непросто. Мы когда с вами работали над материалом о помощи моему сайту, то я по себе могу судить, как это бывает действительно сложно выразить, как найти правильные слова… Но вот у нас один только фонд. И в то же время  – насколько наши церковные люди охвачены, насколько они вовлечены в его работу, насколько вообще социальная сторона проявляется? Что можно сделать, может быть, или какая проблема здесь имеет место?

Да, проблема существует. У каждой благотворительной организации есть так называемые gate keepers – это так сказать, естественные сторонники этой организации. В нашей ситуации это духовенство. Сколько раз было хотя бы даже за прошлый год, к нам обращалось духовенство, потому что им просто некуда больше обратиться больше. Не потому, что епархия какая-то плохая или епархия не хочет им помочь – бывает такое, что епархия просто не может помочь, допустим, на это просто нет денег, никак. Я уверена, что любой владыка всегда хочет помочь своему духовенству. Но – у нас существует такое… не недоверие, а…

Скептическое отношение какое-то?

Даже не совсем это… Я не могу слово подобрать… ну какая-то замедленность действия. Потому что наше духовенство поставлено в режим выживания. В основном это по этой причине. Они должны сами выжить; они должны сделать так, чтобы выжил их приход.

Да. То есть это естественно думать, что вот: я буду говорить своим прихожанам, что вот, пожалуйста, поддержите Попечительство, и ту копеечку, которую они могли бы пожертвовать на приход, на то, чтобы приход мог отопление оплатить, электричество, – они отдадут Попечительству. Но судя по опыту – даже не моему, потому что у меня всего семь лет опыта, это не так много, а судя по исследованиям в области благотворительности, люди, которые жертвуют в больше мест, на больше разных целей, – более надежные жертвователи. Проводился какой-то опрос, и оказалось, что если человек жертвует только на свой приход, – обычно он жертвует очень мало и считает, что жертвовать в принципе необязательно. А если человек жертвует на приход, на епархию, на еще что-нибудь, то он жертвует больше и количественно, т.е. больше раз, и качественно – большие суммы. Потому что этот человек больше верит в то, понимает, что его помощь нужна действительно. Вот. Плюс еще опыт о. Виктора Потапова, слава Богу, бессменного члена Попечительского фонда, а в одно время он был и исполнительным директором. Он возглавляет один из самых крупнейших приходов РПЦЗ в Америке, который еще один из самых щедрых приходов – по крайней мере, в Восточно-Американской епархии. Но рука дающего не оскудеет, правильно? И еще есть какое-то американское выражение, что еще никто не обеднел оттого, что пожертвовал.

Но тоже людей нельзя винить в бездеятельности. Я так понимаю. Во-первых, это должно воспитываться с детских лет, а когда, допустим, ты вырос в Советском Союзе, то этого никогда не было, правильно? Потом, существует распространенное мнение, что в Церкви все должно быть бесплатно. В принципе, да. Да, таинство бесплатно. Но ап. Павел говорил, что люди должны поддерживать своего священника, чтобы он не занимался там лишними делами, правильно? [1 Кор. 9:13] Трудящийся достоин своего… своей зарплаты (смеется).

Да… Но, как сделать, чтобы культура изменилась немножко, что вот это часть нашей христианской такой же жизни: забота и о тех, кто рядом, и забота о тех, кто в Гаити, – это тоже наша обязанность.

Попечительство поддерживает съезды молодежи. На снимке Алена в центре. Чикагская епархия РПЦЗ. 2014
Попечительство поддерживает съезды молодежи. На снимке Алена в центре. Чикагская епархия РПЦЗ. 2014

Наверное, об этом тоже нужно говорить, и я думаю, что это должно идти не со стороны духовенства. Потому что, как одна матушка сказала, очень-очень замечательная женщина, матушка Анна Лардас, что когда человек приходит в церковь, что он чаще всего приходит за утешением. За помощью. К Богу – по крайней мере, если не за материальной помощью. Вот, и тут первая задача священника – подойти, сказать ему, что сказал Господь в Евангелии. А тут значит ему приходится превосходить свои обязанности, не по своей роли действовать, если он начнет говорить, что – вот, вы знаете, церкви нужна помощь. То есть может быть, это и входит как-то в призвание священника, но обычно ни о какой помощи речи нет, люди некоторые это воспринимают очень негативно. Потому что, опять же, существует такое явление, что «у духовенства денег куры не клюют, они все разъезжают на мерседесах» и все такое. Чаще всего слышишь, что – священнику? – да кто он такой, чтобы ему платили, потому что он работает два-три часа в неделю.

Да, да, я с этим сталкивался.

Т. е. есть, есть – конечно, не у всех, слава Богу, – огромное непонимание того, кто такой священник и что он делает. Не просто клоун, который вырядился там красиво и перед ними стоит… Ну да, тоже в принципе их можно понять: вот человек вышел, допустим, в красивом облачении и с золотым крестом – ага, значит, он богатый! Правильно? А кто сказал, что Церкви помогать надо? Да у них там иконы в золоте! А может,  золото не знаю какое там… химическое (смеется). То есть люди думают, что в церкви все должно быть бесплатно, а о том, кто содержит Церковь, – это как-то не приходит в голову. Не потому что они плохие, не потому что они глупые – просто не приходит, потому что церковь – она всегда есть.

Да. Я просто хочу сказать конкретно. Я не знаю, как звучит то, что я говорю, со стороны, но просто очень хочется, чтобы было понятно, что никто не считает, что люди, потому что они не помогают Церкви или Попечительству, что они какие-то нехорошие или еще что-то. Просто чаще всего люди действительно просто не задумываются, или не знают, или у них своих проблем полно, и это все равно замечательные люди, потому что они пришли в Церковь. Вот. Мне так кажется..

Да, а молодежь участвует, из жертвователей есть кто-то, какой процент, если можно понять, молодежи?

Насколько я знаю, небольшой. Но у меня это неточные данные. Это опять же не потому, что молодежь нехорошая или плохая – это совершенно естественно. Вообще статистически и научным образом выяснено, что в основном жертвуют люди старше 38-и, или старше 45-и – что-то такое. Потому что у этих людей уже есть какой-то больший жизненный опыт и, возможно, немножко денег побольше, чем у молодежи, которой нужны деньги в университет и покушать купить…

Ну да, тем уже кушать не нужно больше? После 45-и уже кушать не нужно!

(смеется): Нет, ну правда, это люди, которые по тому жизненному периоду, в котором они находятся, они хотят уже отдавать. Не то что молодежь хочет только получать, но просто им нужно столько для развития, что это чаще всего просто может не прийти в голову.

Алена, в завершение: как можно обратиться к тем, кто будет нашу беседу читать, что можно им сказать насчет Попечительства, призвать к участию?

Во-первых, спасибо, что прочитали. Во-вторых, спасибо, что у вас есть интерес к помощи Церкви. В-третьих – да, без вас мы ничто. Церкви нужна помощь. Если вы можете – пожалуйста помогите. Если не можете – помолитесь. И мы будем очень благодарны. Я честно говорю: вся наша работа – это сплошная благодарность тем, кто нас поддерживает. Бывало, некоторые, – не у нас в Попечительсте, а представители благотворительных организаций, с которыми я общаюсь, говорят, «нас не понимают, нам надо нести образование в массы», что-то в этом роде… Ну им уже как-то обидно, что их не поддерживают. У нас такого нету, и мы действительно благодарны всем за любую помощь Церкви. Вообще – это здорово, когда люди хотят помогать Церкви. Потому что Церковь никогда не забывает. Бог не забывает. Они не только хорошее делают на земле, они еще там сокровище собирают себе. Ну в общем, проповедовать – этого от меня не требуется, слава Богу. Ну я договорила, все.

Спасибо, Алена, спасибо. Спасибо за еще раз в Вашем лице нашему Попечительству, без помощи которого этот сайт который Вы читаете не мог бы оплачивать работу переводчика, веб-мастера и редактора.

Без помощи Попечительства приход РПЦЗ в Буэнос-Айресе не имел бы священника
Без помощи Попечительства приход РПЦЗ в Буэнос-Айресе не имел бы священника

Получить информацию о Попечительстве о Нуждах Русской Зарубежной Церкви можно здесь: http://ru.fundforassistance.org

Source: Беседовал диакон Андрей Псарёв

1 thought on “Фонд, у которого есть время для чужих проблем”

  1. Здравствуйте!Мое имя Александр Василенко,служу священником РПЦ МП в Казахстане.Поскольку Ваш фонд заботится только о христианах РПЦЗ, то прошу Вас,могли бы Вы помочь мне найти сообщества,помогающие миссии?

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *